Slide 1

Когда началась война, голос писателя зазвучал!

Slide 2

Сменили перо на штыки

Slide 3

Ожили самые прекрасные традиции русской литературы

Slide 4

Большие испытания проверяют природу таланта

Slide 5

Истинный писатель не только описывает, он предписывает...

Slide 6

Писатель понял свой долг, и писатель нашел свое место

Slide 7

Велика роль писателя

Вера солдата 

  

    Нас поили болота тихою влагой — чёрное молоко.
Но знали мы —
иго родины — благо.
Бремя её — легко.


Даниил Данин

 
Книги, которым суждено было стать классическими

Вероятностный мир. (1981) 

 Неизбежность странного мира. (1962)

 Резерфорд. (1966)
 

  •  
  •   В начале войны Данин ушел на фронт, а в 50-е годы стал известен очерками об ученых. Самая, пожалуй, знаменитая его книга — "Неизбежность странного мира" — рассказывает о развитии фундаментальной физики в ХХ веке. Причем, редкий случай, книги Данина пользовались уважением и популярностью не только у массового читателя, но и среди ученых.

  •  

       Книга Д.Данина посвящена величайшему физику-экспериментатору двадцатого столетия Эрнесту Резерфорду (1871–1937).
      

  •   

…И мы плывём. Пылающею бездной со всех сторон окружены.

 

Я твержу себе — не забудь,
в душе сбереги навсегда
горький, осенний, счастливый путь,
убегающий в никуда!
Мы шли бездорожьем.
Пожары. Набат.
В горле сухой комок.
Казалось, кровавый татарский закат
приходит теперь —
на Восток!
Мы не знали, где Родина.
Может быть, там —
за грядой золотых лесов,
за степью, катящейся к небесам,
за мёртвой стеной облаков.
А может, нет её и вдали:
предана, пленена?
Мы были готовы до края земли
шагать и искать —
где она?
Тем он и горек был,
этот путь,
что были всегда впереди
только пристанища — “Отдохнуть!”
Да веления сердца —
“Иди!”
Нас ждали не в этих,
так в тех лесах,
неравные, злые бои.
И навек прозвучало в моих ушах
молитвенное, томящее
“Ах, жалкие вы мои!”
И отныне —
по осени, по весне
средь чёрных нагих полей,
как призрак будет являться мне
человек,
оставленный наедине
с обнажённой душой своей.
Тем он и счастлив был,
этот путь,
что впервые за тысячу лет
мне сердце своё довелось окунуть
в библейское озеро Бед.
И сердцу теперь навсегда нестрашны
природа, история, ночь.
Безумного лета живые сыны,
мы даже на пепелищах войны
сумели войну превозмочь!

Даниил Данин. 1942

Даниил Данин 

Советский и российский прозаик, сценарист, литературный критик, популяризатор науки.ляризатор науки.
       Начинал карьеру как критик поэзии, в 1949 году подвергся разгрому в газете «Правда» как «буржуазный эстет», формалист и космополит.
      После этого в 1950-х годах перешёл на ниву научно-популярной литературы, где стал классиком советской школы этого направления, разработав и обосновав критически собственный стиль представления материала.        Даниил Плотке родился в интеллигентной еврейской семье из Шавли, незадолго до его рождения перебравшейся в Вильно, а в 1915 году, спасаясь от немецкой оккупации, — в Санкт-Петербург. Отец, Семён Давидович Плотке был инжинером-механиком, арестован в 1937 году (по другим данным, весной 1938 года) на тракторном заводе в Челябинске и скончался, не дожив до суда; мать — выпускница медицинского факультета Цюрихского университета Елена (Хина) Аркадьевна Плотке.  
      Перед госэкзаменами (по другим данным, получив диплом МГУ, но ещё учась в Литинституте) летом 1941 года Данин бросил учёбу и ушёл на фронт добровольцем. Сначала в военкомате ему в призыве отказали, тогда Даниил попробовал попасть на фронт через Союз писателей, членом которого он пока ещё не был. На этом основании ему и его другу Борису Рунину отказали в призыве, однако при выходе из здания они столкнулись с однокурсником Рунина по Литинституту Михаилом Эделем, который был заместителем секретаря парткома Союза писателей, и после короткой беседы с ними уладил дело. В результате 11 июля 1941 года Данин стал бойцом писательской роты в 22-м стрелковом полку 8-й дивизии народного ополчения.
      Часть Данина попала в окружение под Вязьмой, из которого он чудом выбрался и без документов умудрился доехать на последнем поезде до Москвы 16 октября 1941 года. Здесь его хотели судить как дезертира, но за Даниила вступился Илья Эренбург. После этого Данина перевели из ополчения в <в регулярную армию, сделав литературным сотрудником дивизионной газеты «За Советскую Родину»(по другим данным, газеты 10-й армии). В декабре 1941 года Данин подал заявление на вступление в Союз писателей как критик; оно было подписано Степаном Щипачёвым, Александром Фадеевым и Павлом Антокольским. В начале 1942 года Данин стал членом СП СССР. На фронте Данин продолжал заниматься критикой, переписывался с Пастернаком. В 1942 году вышла статья Даниила о поэме «Василий Тёркин» Твардовского.
       В сентябре 1944 года Данин стал кандидатом в члены ВКП(б) в 3-м артдивизионе прорыва РГК на Первом Украинском фронте, а закончил войну в Чехии, демобилизовавшись 5 апреля 1946 года в чине капитана. В том же 1946 году Даниил женился на Софье Разумовской, литературном редакторе журнала «Знамя».    
      Творчество Данина пополнилось статьёй «Черты естественности», опубликованной в «Литгазете», в которой он положительно оценил поэзию Твардовского.
       В 60-70-е годы, во времена преклонения перед естественными науками и безграничной веры в них, труды Данина были в высшей степени востребованы. Он создал альманах "Пути в незнаемое", опубликовал биографии Эрнста Резерфорда и Нильса Бора. В 1996 году выпустил книгу воспоминаний "Бремя стыда".
     В последние годы Данин преподавал в РГГУ, где создал оригинальный курс под названием "Кентавристика". Смысл его состоял в том, чтобы научить студентов "сочетанию несочетаемого" — например, строгой научной объективности с художественной образностью. Курс был любим студентами, хотя, конечно, человеком, лучше всех умевшим сочетать точность естествоиспытателя со страстностью публициста, остался сам Даниил Данин.
    Награжден орденами Отечественной войны II степени и Красной Звезды, медалями. Лауреат премии Всесоюзного общества «Знание» (1962), Ломоносовской премии (1967), Государственной премии РСФСР имени братьев Васильевых (1967) — за фильм «В глубины живого» (1966).
    Умер в 2000 году в Москве, похоронен на Введенском кладбище. Посмертно были изданы мемуарные заметки «Строго как попало» и «Нестрого как попало», публиковавшиеся ранее частями в периодических изданиях в 1990-х годах.